ВЕСЕЛАЯ ЕЛИЗАВЕТА: ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СТАБИЛЬНОСТИ В СТРАНЕ, КОГДА НА ПРЕСТОЛЕ – КРАСИВАЯ ЖЕНЩИНА!

Елизавету Петровну (1709–1761 гг.), российскую императрицу из династии Романовых, дочь Петра I, принято считать самой веселой, красивой и беззаботной из российских императриц. Историки уверены: больше всего на свете ее императорское величество хотела привлекательно выглядеть. Быть такой красивой, чтобы люди замирали от восхищения, когда она входит в бальную залу, – вот предел мечтаний этой, современным языком говоря, гламурной «царь-девицы». Елизавета ценила и всячески охраняла российское самодержавие и отлично знала, что необходимо для величия вверенной ей страны. Не случайно именно при Елизавете жители России обзавелись такими «полезными заведениями», как МГУ и Академия художеств, смогли восхищаться творениями Растрелли и еще пары бригад блистательных архитекторов, взять Берлин в ходе Семилетней войны… Но мы все-таки поведем речь о красоте…

Героиня нашего рассказа всю жизнь страдала от презрительных мыслей представителей старой аристократии, ибо родилась в царском дворце в Коломенском под Москвой 18 декабря 1709 года от союза царя-батюшки и иностранки-простолюдинки (Петра Великого и Екатерины Первой), за три года до официального брака своих родителей, то есть в начале своей жизни считалась незаконнорожденной и не имела прав на престол. Только 9 января 1712 года Пётр узаконил свои отношения с Екатериной. Две их дочери были на свадьбе подружками невесты и вместе с родителями пошли к алтарю. Так Церковь признала их законными задним числом. 

Пётр и Екатерина были любящими, нежными родителями, дочерей готовили к бракам с европейскими монархами. Поэтому они получили прекрасное для своего времени образование: говорили по-французски, по-итальянски, по-немецки, разбирались в музыке, изящно танцевали, изучали умение красиво и к месту одеваться, знали этикет. Лизаньку папа скромно предпочел бы видеть королевой Франции. Она была второй в списке претенденток, но так и не стала супругой Людовика XV и бабушкой последнего короля из рода Бурбонов, нет, и совсем не незаконное рождение сыграло здесь свою роль – русская принцесса, представительница слишком могущественной европейской державы, напугала несостоявшихся французских родственников своим возможным влиянием на политику!

После смерти отца Елизавета… помогала править своей матушке, политикой особо не интересовалась, зато читала неграмотной Екатерине государственные бумаги и подписывала их за нее. А еще блистала на балах, считаясь самой красивой женщиной России. Тогда же появился новый жених – Карл-Август, брат голштинского герцога Карла-Фридриха. Он очень нравился невесте. Но летом 1727 года Карл-Август скоропостижно скончался. Увы, тогда люди умирали часто, даже очень молодые, ведь медицина была не чета нашей.

Смерть матери отодвинула Елизавету на второй план, обрекая на долгие годы забвения. Отныне при российском императорском дворе она была приживалкой. Но такой красивой приживалкой! Автор мемуаров пишет: «Принцесса Елизавета, которая, как вы знаете, является дочерью Петра I, очень красива. Кожа у нее очень белая, светло-каштановые волосы, большие живые голубые глаза, прекрасные зубы и хорошенький рот. Она склонна к полноте, но очень изящна и танцует лучше всех, кого мне доводилось видеть. Она говорит по-немецки, по-французски и по-итальянски, чрезвычайно весела, беседует со всеми, как и следует благовоспитанному человеку, – в кружке, но не любит церемонности двора». 

Императрицу Анну более молодая, образованная, умеющая великолепно держать себя в обществе Елизавета затмевала. Скромница Анна Леопольдовна могла только вздыхать да завидовать. А надо было противодействовать, ибо если при Анне Иоанновне Елизавета политики не касалась, то при Анне Леопольдовне пришлось это сделать. С одной стороны, власть была слаба, у матери императора Ивана было слишком много противников, с другой – именно при ней Елизавета стала бояться ссылки в монастырь и конца своей веселой, беззаботной светской жизни. Выход был прост: очаровать гвардию, игравшую в тогдашней России совершенно особую роль – роль силы, способной совершить дворцовый переворот. 

Итак, Елизавета (гвардейцы обожали ее уже за то, то она являлась дочерью Петра) постаралась завоевать расположение приближенных к престолу военных. Первейшую роль в этом сыграли ее внешность (будь цесаревна дурнушкой, боюсь, не быть бы ей императрицей) и простота в обращении. Она активно общалась с гвардейцами, угощала их и привечала, становилась крестной их детей, а кумовство имело тогда силу родственной связи. В результате… в ночь с 24-го на 25 ноября 1741 года гвардия сделала свою куму правительницей России. 

Согласно данному при восшествии на престол обету, за двадцать лет, проведенных на троне, Елизавета не подписала ни одного смертного приговора. При ней были упразднены наиболее варварские пытки, до того времени активно применявшиеся в ходе расследований, перестали пытать женщин, значительно сократилась коррупция (насколько это вообще возможно в России). 

Вернемся, однако, к гораздо более важной для нас вещи – к внешности ее величества. И сразу сделаем оговорку: мы чаще всего судим о ней по поздним парадным портретам, на которых властительница Российской империи уже утратила часть своей свежести и очарования, зато обзавелась многочисленными лишними килограммами, лишними даже по меркам того времени, когда целлюлит находили очаровательно-сексуальным. Сохранилось слишком мало ее портретов в ранней юности. К тому же во времена Анны Иоанновны Елизавету «не писали», не была она на первых ролях. 

Итак, какова была Елизавета? Вот как описывает ее современник в бытность Елизаветы цесаревной: «Она была хорошо сложена и очень красива, но весьма дородна, полна здоровья и живости, и ходила так проворно, что все, особенно дамы, с трудом за ней поспевали, уверенно чувствуя себя на прогулках верхом и на борту корабля. У нее был живой, проницательный, веселый и очень вкрадчивый ум, обладающий большими способностями». Когда она еще участвовала в конкурсе на соискание места королевы Франции (1721 год), посол этой страны в России Кампредон так оценивал еще совершенно юную принцессу: «Она достойна того жребия, который ей предназначается, по красоте своей она будет служить украшением версальских собраний… Франция усовершенствует прирожденные прелести Елизаветы. Всё в ней носит обворожительный отпечаток. Можно сказать, что она совершенная красавица по талии, цвету лица, глазам и изящности рук». 

Став чуть старше, она удостоилась комплиментов от испанского посланника: «Принцесса Елизавета такая красавица, каких я редко видел. У нее удивительный цвет лица, прекрасные глаза, превосходная шея и несравненный стан. Она высокого роста, чрезвычайно жива, хорошо танцует и ездит верхом без малейшего страха. Она не лишена ума, грациозна и очень кокетлива». 

Отдала должное уже 34-летней (почтенный возраст для того времени) Елизавете и не очень хорошо настроенная по отношению к ней будущая Екатерина Вторая: «Поистине нельзя было тогда видеть в первый раз и не поразиться ее красотой и величественной осанкой. Это была женщина высокого роста, хотя очень полная, но ничуть от того не терявшая и не испытывавшая ни малейшего стеснения во всех своих движениях; голова была также очень красива… Она танцевала в совершенстве и отличалась особой грацией во всем, что делала, одинаково в мужском и в женском наряде. Хотелось бы всё смотреть, не сводя с нее глаз, и только с сожалением их можно было оторвать от нее, так как не находилось никакого предмета, который бы с ней сравнялся». 

Итак, суммируем: Елизавета была очень красива, грациозна и умела великолепно себя подать. Природная блондинка, она одно время изменяла тон своих волос на более темный, а брови красила всегда. У нее были огромные темно-синие глаза с длинными ресницами, нежнейшая белая кожа, яркие чувственные губы. 

Не портила Елизавету даже излишняя полнота, с которой она пробовала бороться при помощи танцев и верховой езды. Однако не справилась из-за пристрастия к хорошей еде, переедания и полного несоблюдения рекомендаций докторов. Последних призвали спасти императрицу от постоянного несварения желудка и мучительных запоров. Однако их рекомендации «меньше кушать» совершенно не устраивали коронованную пациентку. Устоять перед соблазном было сложно, ведь придворный пир того времени являл собой настоящий спектакль. Столы выставляли в виде фигур: буквы (чаще всего «Е»), узора, тела змеи. Скатерти искусно драпировали при помощи переплетавших их лент, закалывали изящными розетками. Посуда в эпоху Елизаветы стала как никогда роскошной, любая тарелка теперь была не просто предметом роскоши, а произведением искусства. Не случайно именно при Елизавете был основан первый в России завод по производству фарфоровой посуды и статуэток (изготовление фарфора считалось тогда суперсекретной технологией и было большой редкостью) под руководством русского химика Дмитрия Виноградова, сподвижника Ломоносова. 

Обеды длились по 4–7 часов, расписания приема пищи не было никакого: часто ужин начинался под утро, а обед – ночью. Столы буквально ломились от вредной, жирной, слишком пряной пищи. Из блюд Елизавета предпочитала жирное мясо, мучное (особенно жаловала блины с начинкой), хорошо относилась к яичницам с ветчиной и прочими наполнителями. После начала романа с украинцем Алексеем Разумовским пристрастилась к блюдам украинской кухни. Никакие салатики и фруктики ее величеству потребны не были. Зато она обожала сладкие десерты. Для изготовления конфет и мармеладов были выписаны лучшие французские и итальянские кондитеры. Даже лекарства Елизавета предпочитала принимать тщательно обернув их мармеладкой. 

Каждый прием пищи при дворе сопровождался обилием разнообразных дорогих и изысканных алкогольных напитков, из расчета по две и больше бутылки на человека! А это… можете попробовать выпить, тогда поймете, почему датский посол Гастгаузен, изучая материалы вскрытия тела Елизаветы, пришел к выводу, что умерла российская государыня от обжорства, обильного пития и малоподвижного образа жизни, а ведь (как считает датчанин) могла бы дожить и до 80-ти.

При этом Елизавета никогда не была лентяйкой и очень тщательно работала… над своей внешностью. Обладая безукоризненным вкусом и точнейшим чувством меры, Елизавета умела выглядеть роскошно, но никак не вульгарно. Она лично тщательно отслеживала все модные тенденции, донесения о них ей посылали командированные по государственным делам за границу дипломаты. Более того, они обязаны были приобретать и отсылать ко двору все самые модные новинки: ткани, чулки, туфли, веера и прочие мелочи, стоившие казне безумных денег. 

Свою природную красоту Елизавета умела подчеркнуть (и не ленилась это делать) при помощи многочисленных специалистов: портных, ювелиров, парикмахеров, косметологов и визажистов. 

Для своего времени Елизавета довольно часто мылась, хотя всё же не так часто, как принято в современном нам обществе, поскольку в те времена запах немытого тела предпочитали не смывать, а забивать духами, на балы же брали с собой изящный «аксессуар» под названием «блохоловка»: маленькую собачку, которую дамы носили в руках. 

Тем не менее профессионалы индустрии красоты уже вовсю работали, и хороший, прошедший повышение квалификации куафёр стоил достаточно дорого. Именно стоил, поскольку подавляющее большинство отечественных парикмахеров были крепостными. Впрочем, встречались и вольные (чаще всего иностранцы по происхождению) мастера, приехавшие в наше отечество на заработки. 

Кстати, как раз во времена Елизаветы в Париже открылась первая Академия парикмахерского искусства, выпускники которой успешно трудились в том числе во дворце и домах российской знати. А трудиться им было над чем! Ибо прически дам того времени «изготавливались» по несколько часов и представляли собой целое инженерное сооружение. Если в начале царствования Елизаветы волосы начесывали и завивали, то к его концу на первом этапе укладки парикмахер прикреплял к голове клиентки каркас, на него крепил украшения (фрукты, цветы, ленты, фигурки людей и животных, ювелирные украшения,), а потом уже всё это обвивал волосами. Разумеется, сидеть и терпеть всё это было скучно, поэтому в Версале, а потом и при других дворах на время причесывания в «уборные» приглашали придворных дам, чтобы те развлекали своих государынь. Просто знатные дамы могли позвать присутствовать и болтать во время «процесса» как своих служанок или подруг, так и кавалеров. Последние допускались к даме, как только та надевала нижние юбки. 

Кожа императрицы от природы была очень нежна и требовала тщательного ухода, за этим следил целый штат опытных камеристок, практически профессиональных косметологов и массажисток. Тем не менее ставку Елизавета сделала на декоративную косметику и очень активно ею пользовалась, особенно с годами, чтобы выглядеть моложе. Именно при Елизавете в моду вошел любопытный элемент декорации лица – мушки, искусственные родинки из черной тафты. Поначалу они были круглые и прикрывали прыщики на лице и в области декольте. Однако очень быстро обрели статус украшения, изготавливались в виде фигур (животных, звезд, луны, даже карет). Появились названия для каждой мушки (в зависимости от ее положения на лице или шее) и особый язык: расположив тем или иным образом мушки, дама могла выразить свое настроение, отношение к кому-либо, вплоть до назначения этому «кому-либо» свидания! 

И платья… платья… платья… В бытность свою императрицей Елизавета ни одно не надела дважды. Во время пожара 1753 года в Москве во дворце сгорело четыре тысячи (!) платьев ее величества! Впрочем, дадим еще раз слово очевидцу. На этот раз – французу Фавье: «В обществе она является не иначе как в придворном костюме из редкой и дорогой ткани самого нежного цвета, иногда белой с серебром. Голова ее всегда обременена бриллиантами, а волосы обыкновенно зачесаны назад и собраны наверху, где связаны розовой лентой с длинными развевающимися концами. Она, вероятно, придает этому головному убору значение диадемы, потому что присваивает себе исключительное право его носить. Ни одна женщина в империи не смеет причесываться так, как она». 

Именно прически довели до одного из самых необычных приказов Елизаветы. Императрица любила… слухи. Причем даже непроверенные. И вот однажды до нее дошли разговоры о какой-то суперинновационной краске для волос. Эх, надо было попробовать на ком-нибудь другом! Но Елизавета решила не давать соперницам шанса украсить себя за счет казны и воспользовалась новомодной краской сразу сама; та оказалась чистой воды мошенничеством и настолько испортила чудесные волосы ее императорского величества, что их пришлось сбрить. С прической «а-ля новобранец» властительница России озверела, и чтобы уравнять с собой других светских дам Петербурга, специальным указом она приказала обрить головы и им. 

Вообще, в дела моды и внешнего вида своих подданных Елизавета активно вмешивалась и напрямую диктовала, что и как стоит носить. А придворным просто предписывала те или иные костюмы. Елизавета являлась одним из лучших знатоков моды, и ее указы насаждали, пусть даже без тени демократизма, элегантность и отменный вкус. 

Любопытное замечание: придворные дамы (под стать императрице) обязаны были одевать на торжественные приемы платье только один раз. А стоили тогдашние туалеты баснословных денег. Поэтому кое-кто хотел сэкономить и надеть один наряд хотя бы дважды. Чтобы не допустить подобного «жульничества», на выходе из дворца караульные гвардейцы ставили на платья дам несмывающиеся грязные метки или даже государственные печати. Да, императрица ратовала за хороший вкус, но строго в пределах… несоперничества с ее величеством. Тех дам, которые смели выглядеть или пытались выглядеть прекраснее российской владычицы, ждала ее высочайшая немилость. 

Настоящей страстью императрицы были камни, особенно бриллианты. Помимо ношения привычных нам ювелирных украшений, дамы расшивали драгоценными камнями платья, туфли, расцвечивали многочисленными ювелирными изделиями прически. Сильный пол не отставал: кавалеры буквально блистали драгоценными камнями – на орденах, пряжках для шляп и туфель, тростях, табакерках. Знать обоего пола очень уважала пуговицы из драгоценных камней. Самым модным бриллиантщиком (как тогда говорили) был любимец императрицы – Позье, оставивший прелюбопытные воспоминания, из которых мы приведем лишь два момента:

1. По мнению Позье, нигде, кроме Индии, знать не носила столько драгоценных камней, как в тогдашней России. 

2. При всей своей страсти к роскоши Елизавета была… скупа. Торговаться с ней купцам было бесполезно. Более того, купив что-нибудь дешево, ее величество откровенно этим хвасталась. 

Красивой женщине нужны красивые спутники. Список возможных любовников Елизаветы весьма длинен и содержит даже имя ее довольно близкого родственника, императора Петра II, особое же место отведено двоим: Алексею Разумовскому (Розуму) и Ивану Шувалову. 

Алеша Розум, выходец из простой украинской семьи, был принят ко двору певчим и настолько покорил сердце ее величества, что стал даже тайным морганатическим (без прав на трон для себя и своих потомков) супругом царицы. Ленивый любитель роскоши, отменной еды и большого количества алкоголя, он даже слегка удивился, когда его род вывели от знати и дали графский титул. Зато брат Алексея, Кирилл, стал одним из лучших президентов Академии наук благодаря своим организаторским способностям и честному признанию отсутствия у себя любимого научных заслуг. Кирилл Разумовский просто «рулил» учеными и по мере сил помогал им, обычно выбиванием грантов… пожалований от казны. 

К сожалению, императрица быстро старела, ей захотелось любви молодого мужчины; на рубеже 1740–1750-х годов Разумовский получил отставку и дворец в подарок. Его место при особе ее величества занял совсем юный блистательный аристократ, один из самых образованных людей своего века, Иван Шувалов. Рядом с женщиной, годившейся ему в матери, он находился вплоть до ее смерти в 1761 году, пережил Елизавету на 36 лет… но так никогда и не женился! В истории Шувалов знаменит, впрочем, не этим, а несколькими другими деяниями: благодаря ему был открыт Московский университет (МГУ), занял лидирующее положение в нашей науке великий Михайло Ломоносов, была создана Академия художеств, в результате открытия двух первых российских гимназий, в Москве и Казани, начата организация систематического образования. Шувалов покровительствовал архитектуре, искусству, музейному и библиотечному делу. 

Пока фаворит проворачивал всё вышеперечисленное, его возлюбленная старела, и никакие ухищрения парикмахеров и косметологов уже не могли ей помочь. Дело доходило до того, что ее величество отказывалась появляться на публике: она боялась, что дурно выглядит. Она начала страдать обмороками (скорее всего, причиной их стал неправильный образ жизни). Медики не раз делали царице кровопускания, чтобы снизить «полнокровие» и нормализовать давление… напрасно. 25 декабря 1761 года Елизавету настиг последний «удар», она умерла. 

В памяти своего народа она осталась веселой и красивой – такой, как всегда хотела выглядеть. Доброй. Светлой. Не подписавшей за 20 лет правления ни одного смертного приговора. При Елизавете наша страна развивалась спокойно, поступательно, шаг за шагом. И только родная нам индустрия красоты и моды – семимильными шагами, ведь на престоле была КРАСИВАЯ ЖЕНЩИНА! 

P.S. Российская (как и советская) историография уделяла Елизавете мало внимания, пока не появились великолепные работы Евгения Анисимова, материалы которых были использованы при написании данной статьи. 

Поделитесь статьей в социальных сетях:

Поделиться в twitter
Twitter
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в telegram
Telegram

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *