Людовик Святой и Королева Маргарита: крестовый поход за инновациями «красивого» бизнеса

Как же несправедливо поступают многие ученые, называя средние века «темными»! Это сейчас собор Парижской Богоматери и коронационный собор в Реймсе кажутся серыми, в дни своей «юности» они сияли яркими красками росписей и витражей на фоне ослепительно белых стен. Платья дам пестрели шитьем шелками и драгоценными камнями, их подолы кокетливо приподнимались, выставляя на свет Божий нижние рубашки (желательно контрастного цвета!). Европейское рыцарство было любопытным, готовым принять всё новое, если оно было красивым. Люди спешили жить, наслаждаться жизнью, быть прекрасными. Это благое желание (хорошо известное вам, дорогие читатели, по вашим собственным клиентам) привело одну французскую королеву в крестовый поход… Да-да. В настоящий крестовый поход, распространившийся заодно на салоны красоты и парфюмерные лавки Египта…

А началось всё с того, что король Франции Людовик Девятый женился 12 мая 1234 года на очаровательной дочери графа Прованского Маргарите. Хотя до свадьбы молодые люди не видели друг друга, с первого дня их охватила пылкая страсть. И здесь не обошлось без индустрии красоты. Дело в том, что в ХIII веке Париж еще не был столицей мировой моды, он вообще был весьма захолустным и скучным городом, знакомившимся с модными новинками позже даже Англии и холодной Скандинавии.

 

Прованс же, практически независимое государство, славился своими прекрасными дамами, их вычурными платьями и дивным умением ухаживать за собой. Говоря современным языком, прованская косметология того времени являлась одной из самых продвинутых в Европе. Еще со времен Рима и Древней Греции в этом районе существовали лечебницы, курорты и даже целая сеть чего-то вроде салонов для поддержания молодости и красоты тела. «Работала» вся эта отрасль на основании секретов древней прованской медицины, основным сырьем для препаратов служили растения, многие из которых в других областях Европы не встречались вовсе или росли очень редко. Под щедрым солнцем Прованса созревал виноград, собирали целебный мед пчелы, били из земли источники со «святой» минеральной водой. И всё это местные дамы использовали на благо своей красоте.

 

Во-вторых, графство Прованское перекрывало собой важнейшие торговые пути из стран Востока в Европу. Сюда прежде всего попадали редкие благовония и драгоценные, созданные по утраченным в Европе античным рецептам средства лечебной и декоративной косметики. Увы, в те времена импортные аналоги чаще всего превосходили товары европейского производства.

 

Именно Прованс стал одним из мест создания культа Прекрасной Дамы, графством воспевавших любовь трубадуров. В Прованс приезжали отдохнуть: сходить на пару-тройку рыцарских турниров, потанцевать, послушать баллады и дивные рассказы о волшебных странах Востока, куда европейцы время от времени ходили в крестовые походы и откуда время от времени арабы стремились завоевать Балканы (удалось), Юг Франции (не удалось), Испанию (удалось на пару веков, потом виза кончилась).

Так что юная Маргарита Прованская превосходила своих французских сверстниц прежде всего ухоженностью,умением следить за своим телом, «не распускаться». Она привезла с собой в мрачный Париж две дюжины девиц, которых сейчас мы бы назвали «гламурными», с полдюжины рыцарей-поэтов и около десятка специалистов индустрии красоты – своеобразный салон на колесах для обслуживания ее величества и дам ее свиты. Парижане застыли: дамы от зависти, а мужчины от восторга. Всё при дворе перестраивалось на новый лад. Особенно велики были изменения в косметологии. Можно сказать, на смену домашним средствам и доморощенным специалистам пришли профессионалы, вооруженные знаниями, навыками и профессиональными препаратами. Отныне профессиям парикмахера, косметолога, массажистки следовало по-настоящему учиться. Причем желательно в Провансе. Можно еще было и в Италии, но это немного дальше. Во многом благодаря моде на прованскую косметику и резкое повышение требований к эффективности косметических средств в Париж из Прованса начали массово мигрировать алхимики. Пока искали философский камень, они подрабатывали изготовлением косметики и предпочитали селиться ближе к клиентам, так как большая часть препаратов не подлежала длительному хранению. А здесь открылся новый рынок!

 

Неизвестно, платили ли все эти «профи» проценты королеве (за PR), однако она усиленно рекламировала и весьма успешно навязывала их услуги окружающим. И дело было даже не в королевском авторитете – Маргарита полностью завладела сердцем и умом своего мужа. Парижские дамы мечтали перенять сей опыт. У короля Франции не было ни одной фаворитки! Его величество порой увлекал королеву в личные покои даже днем! Он слушался советов супруги! И дослушался: королева предложила пойти вместе в крестовый поход.

 

Будем откровенны: и Людовик, и Маргарита являлись глубоко религиозными людьми. Считали своим долгом освободить Святую землю от… людей с другой культурой. Но одной из причин похода, несомненно, стала мечта королевы лично познакомиться с уникальными услугами и препаратами восточной косметологии, чтобы «законсервировать» свое очарование и сохранить привязанность супруга. Ведь Марго как раз приближалась к тридцатилетнему рубежу – преклонный возраст для ХIII века.

 

С политической точки зрения Египет был не особенно интересен, зато здесь сохранялись уникальные знания по медицине и косметологии. Не забудем, что еще в детстве Маргарита слушала волшебные рассказы о секретах красоты царицы Клеопатры, о папирусах из Александрийской библиотеки (вдруг что-то уцелело?). Подданные не возражали, пусть не все грезили о парфюмерных лавках: кто-то жаждал золота и драгоценных камней, кто-то – земель, кто-то – просто славы…

 

Покинув Францию, король, королева и сопровождавшая их армия провели шесть месяцев «зимы» на Кипре. Здесь Маргарита (ожидавшая ребенка) обзавелась парой местных косметологов, специалистов по массажу. Впервые в средневековой Европе ради этой женщины на Кипре были созданы специальные косметические средства по уходу за кожей будущей матери. Во всяком случае, ранее о таком не упоминается. Беременной даме вообще (до Маргариты) полагалось по большей части сидеть дома и на звание «прекрасной» не претендовать. Но ведь королева находилась «при исполнении», она возглавляла и воодушевляла крестовый поход!

Начался он с победы. Французы с ходу захватили египетский порт Думьяту, включая чудный дворец с арабской прислугой, тотчас поступившей в распоряжение королевы. В ее штате оказались косметологи, массажисты, опытные мастера маникюра и педикюра, врачи. Почти сразу французская прислуга была обязана учиться у этих людей их умениям, особенно рецептам препаратов. Последние записывались по-латыни (как и большинство медицинских знаний того времени). Показательно, что ее величество вначале испытывала средства для кожи на своих придворных дамах, примерно одного возраста, а также смугловатых, как сама королева. То есть подбирала подопытных дам со своим типом дермы. А вот средства для ванн, массажа, благовония сразу применяла на себе.

 

Начались также поиски древних медицинских и косметологических трактатов, передававшихся в руки церковников. Во-первых, для перевода на латынь. Во-вторых, именно духовные лица были в средние века самыми опытными и искусными медиками. Многие из них попутно с оздоровлением тела стремились омолодить его внешний вид, изготавливали как витаминные напитки и пилюли, так и настоящую косметику. Красота ведь тоже Божий дар, грех ее не беречь. Особенно если в ответ довольные клиентки, простите, прихожанки сделают приличный вклад в ваш монастырь.

 

Чему же новому научились французы благодаря путешествию Маргариты Прованской в Египет? Медицина просто поднялась на новый уровень. Европейцы познакомились с гораздо более совершенными хирургическими методами. В том числе со способами более аккуратного шитья ран (до этого времени любой шов превращался в уродливый шрам) и хирургического удаления бородавок и пигментных пятен почти без следа. Непосредственно в сфере индустрии красоты – с депиляцией воском (до сих пор европейцы имели дело лишь с бритьем). Хотя брить ноги и подмышки еще не вошло в обиход, самые волосатые дамы уже получили возможность уменьшить на теле нежелательную растительность.

 

Более широко вошли в моду мытье и купание. Согласитесь, гораздо легче решиться на ванну в жарком Египте, чем в продуваемом всеми ветрами каменном замке где-нибудь в Нормандии. А стоит привыкнуть ходить чистым, так и зимой помоешься… Очень важно: если прежде чаще всего мылась аристократия, то Восток приучил регулярно совершать омовения всех крестоносцев. Потом они занесут эту полезную привычку на родину. Вообще, в крестовых походах европейцы сильного пола начали больше ухаживать за собой, стало модным пользоваться услугами не просто слуг, а «мастеров своего дела», быть холеным… как сарацины. Даже появилось такое выражение: «изнеженный и надушенный, как сарацин».

 

Во время пребывания в Египте Маргарита познакомилась еще с одной инновацией: с ванной во весь рост, расположенной в специальной комнате. До этого почти все европейцы мылись в огромных бадьях, в которых сидели на специальных скамейках. Воду в них наливали сверху ведрами, а потом выпускали через затычку в дне сосуда. Кстати, многие бадьи могли принять за «сеанс» не одного посетителя… В Египте христиане увидели лежачие ванны и ванны-бассейны, расположенные в полу, да и просто сами бассейны. К сожалению, перенести последние в Европу еще не имелось технической возможности, а вот лежачие ванны-бадьи очень скоро вошли в моду для купания дам и детей. «Обогатились» европейцы также подставками для купания новорожденных, благо во время похода королева дважды становилась матерью.

Египетская прислуга ознакомила европейских дам с более высокотехнологичным и аккуратным маникюром, ранее ногти полагалось содержать в чистоте, достаточно коротко стричь, обрезать заусенцы. Кутикулу трогали минимально. С легкой руки Маргариты в обиход вошли обрезной и необрезной маникюр, мода на полировку ногтей. А вот восточную традицию окрашивания ногтевой пластины сочли «нехристианской».

 

Декоративная косметика (ею на Востоке широко пользовались и пренебрегали в Европе) понравилась. Пока краситься решались лишь самые отчаянные, но чуть позже вместе с «бургундской» модой макияж широко войдет в обиход среди европеек.

 

Под жарким солнцем прически дам упростились, а шляпы увеличились. Отныне им полагалось затенять лица, в моду вошло прятаться за вуалью. Ведь загореть означало страшно испортить кожу и выглядеть как простолюдинка. Зато после этого и остальных крестовых походов мужчины-христиане перестали бояться «почернеть», загар стал признаком мужественности, символом силы и доблести, ведь обладать им означало побывать на войне с «неверными» и даже оттуда вернуться.

 

А вот с этим могла выйти и промашка… В борьбе с Людовиком Девятым арабы впервые использовали глиняные горшки, начиненные смесью серы и смолы. Их метали, как стрелы, при помощи арбалетов. При падении смесь мигом воспламенялась. К слову, до этих «горшков» европейские драконы редко изрыгали из своей пасти пламя. Летописец Жуанвиль сравнил новое оружие с огнедышащим монстром, фраза быстро стала крылатой. Далее месье Жуанвиль писал: «…было столько света, что королевское войско было освещено, как днем». Нежданный «фейерверк» вселил в ряды рыцарей панику. К огнедышащим горшкам прибавилась эпидемия дизентерии – изучать надо было еще и местные способы дезинфекции! Больной король и часть его армии попали в плен без единой попытки сопротивления. К счастью, Людовик выжил, был выкуплен королевой и еще несколько лет супруги уже почти мирно пропутешествовали по святым местам, особенно тем, которые находились под властью крестоносцев.

 

Здесь произошел один милый случай. Людовик хотел порадовать супругу и приобрел для нее сто отрезов драгоценных тканей, благо здесь они стоили баснословно дешево (по сравнению с Европой). Учитывая то, что приближалось возвращение короля и королевы во Францию, это было прекрасное вложение капитала. Но… на Святой земле было столько святых мощей, что Маргарита приняла тюки с тканями за обернутые в драгоценные саваны тела святых, призвала своих дам, все встали на колени и начали молиться отрезам камлота (тонкая ткань из шерсти верблюда) и атласа. Упоминавшийся уже месье Жуанвиль был настолько добр, что сообщил королеве истину и заодно разнес ее ошибку по всей Яффе. Местное общество долго смеялось, причем не без злорадства: у прекрасной Маргариты хватало менее привлекательных завистниц.

Прошло шесть лет, королевская чета вернулась во Францию. Вместе с ними – обученные новым методикам специалисты, изрядный запас благовоний и сырья для производства косметики и лекарств. Переведенные на латынь тысячи рецептов разных снадобий, описания методик массажа, приема водных (СПА?) процедур, скрабов и обертываний. Семена и саженцы незнакомых ранее в Европе растений и плодов, многие из них смогли прижиться только в теплом Провансе. Именно так попали в Европу абрикос (дамасская слива), лимоны, арбузы, шафран, фисташки, кунжут. Удивительный факт: везли из крестовых походов и рог единорога, и усы саблезубых тигров, и чешую дракона… Но никакой подобной мистической чепухи Маргарита даже в руках не держала. Почему? Не потому ли, что сама была косметологом-практиком и – вспомните! – придирчиво испытывала чужеземные диковинки на эффективность?

 

К сожалению, время стерло из памяти многих очарование и ум Маргариты Прованской. Ее больше знают как жену Людовика Святого (так почти при жизни прозвали этого короля в народе, а вскоре Ватикан причислил его к настоящему лику святых). При этом часто забывают: огромную популярность среди простых французов Луи Девятому принесли не только его набожность и участие в двух (был еще поход в Тунис, где король умер) крестовых «путешествиях». Людовик и Маргарита не просто привезли с Востока знания и рецепты – они потратили много сил и времени, чтобы добытые новшества стали доступны максимально широкому кругу французов. Обученные при дворе горничные-косметологи «распределялись» среди знатных дам, медики разъезжались по монастырским госпиталям, лучшие преподавали в Парижском университете лекарям из мирян.

 

Хотя материальных благ и политических выгод поход Людовика и Маргариты не принес, благодаря «импортированным» «инновациям» королева смогла превратить свой двор в могущественный центр научной медицины и косметологии. Это был один из первых и один из важнейших шагов на пути Парижа к титулу «столицы красоты». Сама Маргарита, пережившая супруга на четверть века, оставалась привлекательной женщиной до самой своей смерти. Несмотря на внимание многих знатных вельмож, она не вышла замуж повторно и посвятила всё свое время изучению и применению косметологических новинок, которыми всегда охотно и бескорыстно делилась с бесчисленными родственницами и почитательницами, навещавшими ее в скромном поместье вблизи французской столицы.

 

 

Поделитесь статьей в социальных сетях:

Поделиться в twitter
Twitter
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в telegram
Telegram

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *