Александр Первый – украшение престола

До Александра Первого в мужчинах из рода Романовых восхищались чем угодно, только не внешностью. И вдруг – первый красавец на престоле. Блондин с голубыми глазами, высокий, стройный, светский, хорошо одетый любитель танцев…

А еще при нем разные поводы для праздников и балов были: в ходе многолетней общеевропейской войны разбили Наполеона, освободили Европу, взяли Париж. Были победы в войнах с Турцией, Персией, Швецией. В состав Российской империи во время правления героя нашей очередной статьи (и всех российских дам того времени) вошли Восточная Грузия, Финляндия, Бессарабия, Варшавское герцогство.

Он мечтал о либеральных реформах, но, испуганный революционным террором во Франции, отказался от них во всех сферах, кроме моды и индустрии красоты.

Детство

Екатерина Великая верно и беззаветно любила двоих: Российскую империю и своего старшего внука Сашеньку, рожденного ради священной миссии – этой империей править. С сыном Павлом отношения у императрицы не сложились, и она видела своим наследником исключительно внука, которого сразу после рождения, 12 (23 – по новому стилю) декабря 1777 года, отобрала у родителей, чтобы воспитать будущего императора «как подобает».

С этой целью Екатерина собрала сведения о самых современных, прогрессивных и новаторских методах воспитания, о самых умных и талантливых ученых, которые могли бы стать наставниками цесаревича, получившего свое имя в память святого Александра Невского. Интересный момент: его младший брат был назван Константином – в честь Константана Великого, императора Византии. Немка Фике, уже много лет будучи русской Екатериной, мечтала возродить Греческую империю и скромно посадить на ее трон внучка с соответствующим именем – ну такая вот бабушкина мечта.

У философов того времени в большом почете было наследие античности: Грецию они превозносили до небес. Ах, демократия! Ах, скромность в нарядах и в быту! Ах, господство науки! Ах, спорт и гимнастика! Екатерина решила воспитывать внуков в античных традициях. Никакой изнеженности! Никаких меховых одеял, бархатных пологов, позолоченных колыбелек, сотен нянек и дядек. Воспитание мальчиков она видела военнизированным, с изучением массы наук, с массой физических упражнений и даже с закаливанием (вещь немыслимая для тогдашней суперизнеженной аристократии).

Метод не оказался идеальным. Александра с младенчества приучали к солнечным ваннам при открытых окнах. А под окнами дворца палили из пушек. Нет, не специально, случайно, но регулярно во время прохождения ребенком процедур. Результатом стало не только оздоровление организма, но и частичная глухота на левом ухе.

К счастью, в остальном гимнастика (военные упражнения, верховая езда, фехтование и танцы), воздушные ванны, купание в прохладной воде, длительные пешие прогулки, игры на свежем воздухе на самом деле принесли пользу. Александра приучали к ним с младенчества, что было серьезным новшеством, так как в то время было принято ограждать детей из высших слоев общества от значительных физических нагрузок и малейшего ветерка – лет до семи-восьми. Что до закаливания, то это было совершенно новое слово! Детей ему подвергать не смели. И даже взрослых. Поэтому у родителей Александра и части светского общества поведение Екатерины-бабушки вызывало ужас. А она любила внука нежно-нежно. Часто проводила с ним время, нередко сама заботилась о малыше – неслыханное дело для аристократки. Даже простые дворянки редко перепеленать свое чадо брались – прислугу же надо чем-то занимать! Внук отвечал бабушке любовью, ласками и послушанием.

Отрочество

В учителя Александру пригласили образованных, продвинутых, креативных, не только вельмож, но даже мыслителей простого происхождения. Опять новшество! Постепенно из них на первый план вышел швейцарский философ, сторонник республиканского строя и просвещения простого народа Фредерик Сезар Лагарп. Да, Екатерина любила ученых и позволяла им порой «свободы» на словах. Со временем Лагарп стал лучшим другом, доверенным лицом Александра. Именно Лагарпом юный цесаревич был воспитан в любви к либеральным ценностям. Между тем разгоралась Великая французская революция, которой Лагарп сочувствовал, в которой хотел участвовать. Это напугало российских «нанимателей» (они увидели воочию, что такое «смерть тиранам!»), и Лагарпу пришлось покинуть свой пост. Причем он добровольно еще полгода провел в России, бесплатно занимаясь с Александром. После пытался построить идеальное государство в родной Швейцарии и едва остался жив, но связей с Александром не прервал, их доверительные, полные нежности (!) многочисленные письма хранятся до сих пор в Российском государственном архиве древних актов.

Александр в совершенстве владел тремя европейскими языками, имел неплохие познания в науках. Цесаревич еще учился, когда в Петербург приехали две девочки, две сестры – дочери маркграфа Баденского. На смотрины. Было желательно, чтобы Александр влюбился в одну из них. Он влюбился в старшую – Луизу Марию Августу, очень светлую блондинку с серо-голубыми глазами. Она осталась воспитываться в России. Приняла православие под именем Елизаветы Алексеевны. До этого у себя дома, в небогатой семье одного из многочисленных немецких «властителей», Луиза Мария Августа получила прекрасное образование. Ее родители были готовы потратить последние деньги на учителей и книги, а не на наряды и вино. В результате их дочь оказалась одной из самых образованных принцесс Европы: знала несколько языков, изучала модную тогда науку философию и не модные еще географию и историю, прочитала все важнейшие книги из списка «к экзамену по мировой литературе». Даже выйдя замуж (17 (28) сентября 1793 года), даже в зрелом возрасте постоянно занималась самообразованием, много читала, была любопытна к древностям и научным открытиям.

Царствование

Мнения ученых расходятся: то ли Павел Первый слишком сильно задел интересы российской аристократии, то ли Англия профинансировала заговор. Темное дело. Ясно одно: не без ведома Александра государя решили поменять. Процедура отставки была разработана давно, и 12 (24) марта 1801 года Павел был убит в Михайловском замке. Официально заявили: апоплексический удар. Да, табакеркой в висок. Так наш герой стал правителем одной из могущественнейших стран мира. Отныне он вызывал в сердцах трепет, который присоединился к восхищению. Восхищению им не как политиком, не как монархом, а как модным светским львом.

И в самом деле, Александр Первый был точно-точно списан с идеала красоты. Выше среднего роста, но не гигант (как Пётр Великий). С длинными ногами, маленькими ступнями и кистями рук, с длинными благородными пальцами. Физические упражнения сделали Александра стройным, подтянутым, придали его движениям ловкость и грацию, отчасти унаследованные от бабушки и отчасти воспитанные ею же. В отличие от отца Александр умел и любил (учился!) принимать красивые, изящные позы, лишенные величественности, демократичные, позы не государя, но человека светского. Его внешность контрастировала с лишенной красоты «нерафинированной» простотой Павла, привлекала к нему сердца «широких слоев» простой аристократии.

У Александра была чистая бело-розовая кожа и по-античному правильные черты лица, на котором обычно царила рассчитанная на «понравиться всем» улыбка, как сказали бы сейчас, гламурного красавца. Его светлые волосы вились от природы, были довольно густыми, и хотя время подарило императору основательные залысины у лба, они никак не были лысиной, но придали лбу его величества «высоту».

Напомним: в конце правления Екатерины и во время правления Павла противники революции и революционных мод активно старались удержать «в тренде» пышные юбки, напудренные вычурные прически и парики, сверхобильную декоративную косметику, даже мужскую. Павел Первый не мог сопротивляться новый веяниями, но и не одобрял их. Александр же поддерживал их всем сердцем. Он обожал выглядеть элегантно и ухоженно и очаровывать окружающих своей красотой.

Стоило ему вступить на престол – и юбки дам превратились в прямые, талия переместилась под грудь, узоры стали намного менее заметными, вошли в моду однотонные ткани. Туфли красавиц вдруг лишились каблуков, преобразившись в балетки, завязывавшиеся лентами на щиколотках. Ювелирные украшения перестали быть массивными. С причесок отпал последний декор, остались лишь пучки и немного локонов. И дамы, и кавалеры перестали пудрить волосы. Парики сохранились лишь на паре-тройке ультраконсервативных голов (включая Михаила Кутузова).

Изменился крой мужской одежды. Она сделалась максимально легкой и практичной, должна была сидеть как влитая, количество шитья и узоров на ней сократилось до минимума. То, что произошло при Александре в России с мужской одеждой, заслуживает большего внимания. Впервые в нашей стране мужская мода стала не менее важна (если не более), чем женская. В предыдущие периоды почетнее всего для мужчины – надеть украшенный орденами мундир, иметь при себе оружие (хотя его сдавали на хранение, приходя на бал или прием) – норма. Мужчина обязан был быть при деле, быть служилым человеком. Александр изменил это правило: отныне самая престижная мужская одежда – изысканный, сшитый по последней моде костюм, часто даже не предусматривавший ношения оружия. Фи, дворянин пойдет по улице без оружия? Да он в таком позорном виде почти как голый! Но ничего, привыкли. Отныне оружие при одежде стали носить не все дворяне, а исключительно военные, да и то когда были в мундире.

Случилась и другая неслыханная вещь: не только мужчины перестали пользоваться декоративной косметикой! На дамских лицах тоже ее количество отныне было минимально: чуть-чуть подчеркнуты ресницы, губы, капля румян. Ранее макияжа не стеснялись, он был нормой. Теперь отношение к нему поменялось коренным образом: декоративная косметика превратилась во вспомогательное средство, призванное быть незаметным, подчеркнуть естественные достоинства, а не создавать их. Всё чаще и чаще звучали слова: «Порядочная дама не красится!» И это вошло в моду. Вскоре заметный макияж могли позволить себе лишь актрисы и куртизанки.

Зато резко вырос интерес у всех (включая императорскую чету) к ухаживающей косметике. Предыдущие поколения откровенно пренебрегали уходами, предпочитая краситься. В эпоху Александра необходимо было иметь хорошую кожу. Ассортимент средств почти копировал современный: кремы, тоники, лосьоны, маски, легкие скрабы. Составы разрабатывали медики, реже – косметологи-практики, специально обученные оказывать услуги «клиентам» (то есть господам) камеристки или камердинеры. Это были строго личные слуги, обслуживавшие одну госпожу (господина), в менее состоятельных (но никак не бедных) семьях – женскую или мужскую (в зависимости от пола слуги) часть семьи. Часто это были эмигранты-французы. Если знатная дама желала перед особым событием (бал, прием) оказать особое внимание своей дочери, племяннице, компаньонке, она нередко посылала свою камеристку одеть, причесать, оказать услуги косметолога той, кому надлежало выглядеть лучше обычного. В популярных в России романах Джейн Остин именно поэтому знатные дамы высокопарно говорят: «Фанни произвела такое хорошее впечатление потому, что я послала ей Барнс». Барнс (Джойс, Смит) – это как раз камеристка-косметолог, разово, в виде подарка, обслужившая даму намного ниже рангом, чем ее госпожа.

Камеристки не только заботились о коже лица и рук, но и помогали своим госпожам во время омовения мыться и ухаживать за собой. Во времена Александра всю Европу охватила мода на частое принятие ванн и смену нижнего белья. И Александр, и его супруга Елизавета Алексеевна сами мылись почти каждый день и старались ввести в моду (с большим успехом) появляться при дворе с чистыми кожей и волосами.

Возрождение у широких кругов аристократии и состоятельных горожан интереса к частому мытью породило настоящий взрыв спроса на моющие средства и средства для ухода за кожей после принятия ванны (душа из пары ведер воды). Их ассортимент расширился, усложнился состав. В России сохранялась любовь к бане, однако каждый день туда не пойдешь. Поэтому баня получила роль «генеральных омовений», между которыми мылись в ваннах из металла или дерева, похожих на громадные бочки, в спальнях или гардеробных. Особо изнеженные дамы выстилали свои ванны полотнищами ткани и лишь потом садились в них. Сейчас так рекомендуется купать новорожденных детей.

Переход к более современной моде и новым веяниям в косметологии дался Александру сказочно легко. Далеко не так просто обстояло дело с либеральными реформами, которые он мечтал провести. Мечтал, хотел… да и расхотел. Ужасы революционного террора, охватившего Францию, потрясли всю Европу. Вскоре разразилась война, по европейским дорогам застучали каблуки солдат Наполеона. Надо было защищаться, надо было спасаться. И либеральные идеи начали казаться ученику Лагарпа красивыми, нереальными и даже вредными сказками. Александр превратился в консерватора, стал набожен.

Две «вторые половины»

К тому времени брак нашего героя давно являлся фикцией. Еще в самом начале супружеской жизни красавец цесаревич (позже – красавец государь) полюбил нравиться дамам. Список его увлечений рос от бала к балу. Предпочитавшая чтение и уединение Елизавета Алексеевна обиделась.

Мужчинам всегда было позволено больше, чем женщинам. Романы Александра лишь добавляли ему блеска. Самый длинный и серьезный, с польской аристократкой Марией Четвертинской (по мужу – Нарышкиной), длился 15 лет и практически не скрывался. Великий поэт того времени Гавриил Державин открыто восхищался фавориткой государя: «Черными очей огнями, грудью пышною своей она чувствует, вздыхает, нежная видна душа, и сама того не знает, чем всех больше хороша». Мария Нарышкина славилась тонкой, как раз по введенной Жозефиной Богарне моде, фигурой, правильными чертами лица, страстью к танцам и кокетству. Детей Марии, признанных ее супругом своими, рождение которых нисколько ее фигуру не испортило благодаря значительной физической нагрузке в виде танцев, приписывали императору.

Правда, оказалось, что ему красивая полька тоже была неверна. Это и положило конец их отношениям. К слову, часть историков, основываясь на серьезных фактах, в том числе медицинского свойства, выдвигают версию: Александр был бесплоден. Возможно, стесняясь этого, он почти официально признал Софию, одну из своих дочерей от Марии Нарышкиной. Девушка была умна, добра и очень привязана к коронованному «папе». Когда она умерла в 16 лет, император сильно горевал.

Императрица Елизавета, чувствуя себя брошенной, решилась преступить неписаные законы морали и отомстить за измену изменой. Она обратила свое внимание на Адама Чарторыйского, тоже поляка. Есть шанс, что он отец дочери императрицы, великой княжны Марии. Александр признал себя отцом этой «мышки», как ласково звала ее мать. Но слухи ходили упорные. Отчасти их подтверждает то, что девочка была совершенно не похожа на родителей. Мать любила ее до безумия, лично ухаживала, пестовала, растила, но не уберегла – «мышка» скончалась в возрасте тринадцати месяцев. Несколько лет спустя Елизавета Алексеевна родила вторую дочь – Элизабет. Практически нет сомнений: ее отцом был не Александр, а кавалергард Алексей Охотников, пылавший к императрице романтической страстью, которую она разделила почти открыто. Узнав, что Охотников при смерти (версий две – болезнь и покушение на убийство), Елизавета, будучи почти на сносях, приехала к нему и ухаживала за возлюбленным. Он умер у нее на руках. Во время похорон ее величество отрезала у себя несколько локонов и положила их в гроб молодого человека. Как уже было сказано выше, публичного позора не случилось: император признал незаконного ребенка супруги своей дочерью и цесаревной. Снова Елизавета посвятила себя ребенку, снова на короткий срок, на 18 месяцев. Всего 18 месяцев счастья. Эти три смерти подорвали здоровье императрицы, сделали ее печальной, усилили страсть к затворничеству.

Затворничество затворничеством, а новые моды, новшества в уходе за собой Елизавета активно распространяла. Не на балах, как супруг, а жертвуя деньги и покровительствуя благотворительным учреждениям (в том числе направляя им информацию), многие из которых были медицинскими, защищали женщин и детей. Елизавета изучала и практиковала сама самые современные методики ухода за детьми, а потом активно их распространяла. Ее вклад в развитие российской санитарии и гигиены огромен, благодаря ему были спасены десятки тысяч маленьких жизней, которые могли оборваться из-за элементарной грязи.

Эпилог

Войны с Наполеоном сильно повлияли на императора: его набожность дошла до фанатизма. С Божьей помощью Наполеон был разгромлен. После этого светский бонвиван Александр решил все-таки искупить свои грехи перед женой. Они стали жить вместе и отправились отдохнуть, восстановить здоровье на юг России, почти в свадебное путешествие. Увы, в Таганроге 19 ноября (1 декабря) 1825 года его величество неожиданно скончался. Елизавета пережила его всего на полгода.

Со временем появилась легенда: император не умер, а ушел от мира и стал святым старцем Фёдором Кузьмичом; императрица тоже инсценировала собственную смерть и превратилась в затворницу Сыркова монастыря Веру Молчальницу. Есть ли в этом правда? Узнать истину просто: нужно провести генетическую экспертизу останков. А пока царят легенды…

Поручиться можно только за одно: Александр Первый и Елизавета Алексеевна с большим успехом провели крупные, крайне популярные среди населения России либеральные реформы в области идеала красоты и моды, косметологии. Подобно Петру Первому, они ввели в нашей стране господствовавший тогда в Европе обновленный эстетический идеал. Пусть он был родом из революционной Франции – царственные супруги благородно не дали своим подданным из-за различий в идеологии оказаться оторванными от остальных европейских народов. Пётр боролся с сарафанами. Александр дал мирно умереть фижмам и парикам, за что и скажем ему: «Спасибо, ваше величество!»

Поделитесь статьей в социальных сетях:

Поделиться в twitter
Twitter
Поделиться в vk
VK
Поделиться в odnoklassniki
OK
Поделиться в telegram
Telegram

Читайте также:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *